«Однорукому бандиту» закон не писан

В России вот уже более полугода, с июля 2009 года, официально запрещен игорный бизнес. Закрывали его с помпой и шумом. Убеждали общественность, что принятое решение «твердое и принципиальное». Оставили лишь четыре крупные игровые зоны: «Азов-сити», «Сибирскую монету», «Янтарную» и «Приморье». Сегодня вполне можно подвести итоги этого начинания. И если отдельные игорные заведения могли «по ошибке» просуществовать первые месяцы после запрета, то к настоящему моменту запрет должен был дойти до логического конца.

Для начала поднимем криминальную хронику. Например, за март текущего года. Вот несколько типичных происшествий. В Москве пьяный прапорщик милиции устроил дебош в зале игровых автоматов, угрожая присутствующим травматическим пистолетом. В Самаре банда из семи человек ограбила игровой салон. В Воронеже беременная женщина, вооружившись арматурой, попыталась ограбить игровой клуб, предварительно проиграв там значительную сумму денег. В Кирове председатель жилищного кооператива «спустил» на автоматах сбережения жильцов. В Сочи трое подростков убили мужчину на выходе из игрового зала. Продолжать можно до бесконечности.

Поражает в этих сводках не то, что игровые клубы являются местом, вокруг которого концентрируются и множатся различные криминальные эпизоды (это как раз понятно), а то, что о существовании этих клубов говорится походя, небрежно, так, как будто бы их и не запрещали вовсе. Как будто бы зал игровых автоматов по-прежнему является законным элементом городского ландшафта. При этом утверждать, что клубы «ушли в тень» не приходится. Они не прячутся. Наоборот – светятся и искрят иллюминацией. Любой сомневающийся может совершить экскурсию по улицам и убедиться в этом лично.

Секрет весьма прост. Игровые автоматы назвали «стимулирующими лотерейными». Чуть подправили механизм. И вновь запустили. И это – «вполне законно». Другая лазейка – мнимые интернет-клубы, дающие доступ исключительно к интернет-залам игровых автоматов. Это тоже «законный» ход.

Официальные власти признают существование конфуза. В правовом департаменте МВД заявляют о том, что продолжает работать около 50 % клубов, от числа существовавших до «запрета». Но это мнение чиновников, отягощенных своим официальным положением. Любую картину они вынуждены приукрашивать, чтобы не «огорчить» лишний раз свое руководство. Сами участники рынка считают оценки министерства заниженными. Так, один из руководителей сети залов «Джекпот» юрист Алексей Тарасов цинично заявляет: «Объемы легальной части рынка сейчас превышают объем игрового рынка до закрытия игорных заведений».

Поясним: «легальной» значит «лотерейной». А есть еще нелегальные заведения, хозяева которых даже не берут на себя труд править механизм автоматов. Доходность настолько велика, что окупает риск. Особенно при известной склонности сотрудников правопорядка к различным «компромиссам» с коммерсантами.

Вот такой «принципиальный запрет». Забавно то, что закон не сработал и в «обратную сторону» – ни одна из четырех официальных игровых зон так и не функционирует.

В принципе, с технической точки зрения окончательно запретить деятельность игровых клубов труда не составляет. Для этого нужно внести соответствующие поправки в закон «О лотереях», прямо запретив «стимулирующие лотерейные игровые автоматы». Плюс запретить доступ к сетевым автоматам и казино из интернет-кафе и других публичных мест. Но «дырку» в законодательстве упорно держат. Как держат и мизерные штрафы за «незаконные» залы. Здесь стоит обратить внимание на два частных случая, которые, несмотря на свою частность, наглядно иллюстрируют, почему «лаз» в законе не затыкается.

Так, мэрия Москвы, например, тесно сотрудничает с компанией «Руслото» – оператором сети лотерейных залов. Сразу после запрета автоматов Юрием Лужковым было подписано распоряжение N 1555 «Об использовании средств целевых отчислений от лотерей». Дело в том, что в соответствии с законом «О лотереях» не менее 10 % доходов от их проведения должно направляться на благотворительные и социальные проекты в регионах. Именно вопрос об использовании этих средства в рамках партнерства с «Руслото» призвано решить распоряжение N 1555. Потерять 10 % от рынка «лотерей», к тому же значительно выросшего после запрета на обычные автоматы, значит потерять очень солидные средства.

И еще один частный эпизод. Прокуратура Республики Алтай на днях выявила сеть незаконных залов игровых автоматов. Сеть принадлежит компании «Ай-Пек», которую контролирует сын депутата Госдумы от «Единой России» Сергея Пекпеева Экене Пекпеев. А теперь, учитывая столь близкое родство, зададимся вопросом – заинтересована ли «правящая партия», имеющая большинство в парламенте, в подлинной, а не показушной ликвидации игорного бизнеса? И по скольким карманам «народных избранников» и их родственников такая ликвидация ударит?

Оставить комментарий